О бабочках, лесе и ландшафтах окрестностей села Каратогай

Во время экспедиции Павлодарского Дома географии к сосновому лесу села Каратогай энтомолог Сергей Титов, географ Светлана Могилюк и эколог Марина Поух рассказали об особенностях местных насекомых, деревьев и рельефа.

«Это место, где я провожу свои исследования, одна из точек, где были пойманы необъяснимые виды тураниранской фауны бабочек, которые живут в саксаульных пустынях. Почему они здесь пойманы, неясно, — рассказал участникам весенней экспедиции Павлодарского Дома географии в хвойный лесной массив села Каратогай энтомолог Сергей Титов о местности, в которой происходило обследование леса в ходе экспедиции. — То, что здесь – песок, это понятно, но трофически эти виды связаны с лишайниками, то есть надо искать какие-то общие с этими пустынями лишайники, которые здесь произрастают. Этот вид бабочек называется victrix bogdana».

Село Каратогай, куда была организована эта экспедиция по сбору материала о природе местного леса, находится в Кенесском сельском округе Павлодарского района, южнее города Павлодар. До 2011 года село называлось Комарицыно.

IMG_1283 IMG_1215

Сергей Титов, учёный бабочек, на счету которого – ряд видов, которых он открыл для мировой науки, рассказал, что экземпляр бабочки Victrix bogdana впервые был пойман в Астраханской области России, на горе Богдо (или Большое Богдо – А. В.). Встречается он и в Казахстане, вокруг озера Балхаш.

«И мы нашли его здесь (в Павлодарском районе Павлодарской области – А. В.), это самая северная находка. Это ночная бабочка, невзрачная, но очень редкая, и вот это самая северная точка в мире – Жертумсык (село в соседнем Заринском сельском округе Павлодарского района Павлодарской области – А. В.), на этих закреплённых дюнах, — добавил С. Титов. — Вид мы нашли, но его тайну не разгадали. Как живёт? Чем на самом деле питается, какими лишайниками? Это всё предстоит узнать».

По словам С. Титова, ещё неизвестно, встретятся зоологи с этим видом в будущем или нет, потому что разные виды бабочек в Павлодарском Прииртышье, как и в других регионах, появляются порой необъяснимыми путями. Причем речь идёт даже не о миграции, а о банальных случайностях.

«Некоторые виды проникают к нам на поездах, на машинах. Свет в поезде горит где-нибудь в Пекине или Улан-Баторе – бабочки залетели в поезд и до самой Москвы путешествуют, вылетают, где хотят. Потому мы их находим и голову ломаем, — добавил учёный. — То, что мы сделали, мы уже изучили фауну бабочек Павлодарского Прииртышья максимально; как мне кажется, это основа. После этого можно изучать уже экологию этих видов, их физиологию – всё, что угодно. Пока мы не знаем фауну, мы к другим исследованиям просто приступить не можем. Это фундамент в любом исследовании».

В окрестностях села Каратогай, где работала экспедиция Дома географии, по словам собеседника, ранее были найдены другие виды ночных бабочек семейства совок, единичные: пока энтомологи их в других местах Павлодарской области не встречали. Но эти виды, по словам с. Титова, ожидаемы. Зоологи знали, что рано или поздно с ними встретятся. Но опять же загадка: почему с ними встретились именно здесь, а в других частях области их пока нет? В Казахстане они не встречаются на большом расстоянии от этого региона. Но это, видимо, связано с тем, что степень изученности слаба: где-то энтомологов много, где-то их вообще нет. Долгое время считалось, что многие виды распространены от Европы до Урала, а восточнее не распространяются. Оказывается, восточнее Урала просто специалистов не было. Когда они появились, многие виды просто «перевалили» через Урал и «начали» встречаться вплоть до Японии, улыбается эксперт.

Сергей Титов добавил, что здесь поймана была всего одна особь этого вида бабочек. Теперь было бы хорошо поймать ещё одну особь, причём самку, которая отложила бы здесь яйца. Затем ей можно будет предложить разные лишайников, чтобы понять, какие именно она питается. Это очень непростой способ выяснения природы этих видов.

«Ночных бабочек многие не любят, потому что для нас это – «моль», и у нас язык не поворачивается называть их бабочками. Бабочки красивы, имеют хвостики и летают днём, а эти страшные, мрачные и чаще всего ассоциируются с потусторонним миром, — рассказывает энтомолог. — В мифологии многих народов ночные бабочки оставили мрачный след. Особенно бабочка мёртвая голова. Если в какое-то жилище залетала, люди готовились к тому, что кто-то умрёт. Это самая крупная бабочка, которая обитает в нашем регионе».

Сергей участникам экспедиции рассказал, что обычно специалисты самых интересных особей ловят в холодное время года. Например, около посёлка Шидерты зоны города Экибастуз они нашли новый вид, когда там лежали трёхметровые сугробы, а речка была замёрзшей.

«Это реликты ледникового периода, и для них это время (холод, ранняя весна, только вылезают первые травы) комфортно. Они заняли эту экологическую нишу, потому как именно она была свободна в прошлом. Они конкурировали с кем-то и нашли экстремальную нишу, поэтому эти бабочки будто в шубе, покрыты волосками, защищены от холода и летают при температуре ночью минут 1-2 градуса. Они приспособлены к этому», — описал их С. Титов.

IMG_1313 IMG_1222

Случались у него и неожиданные находки. Среди лета энтомолог с коллегами поехал в Баянаул и там нашли новый вид — Victrix akbet. Учёные назвали его в честь самой высокой горы Баянаульского государственного национального природного парка – горы Акбет, потому как там и поймали эту бабочку.

«Мы поставили ловушки, приготовились ловить, ожидая всё, что угодно. Этот вид в массе летел. Видно, что вид процветает, стабильно живёт; популяция хорошо себя чувствует на территории парка, — поведал биолог. — Самых первых бабочек мы фиксируем во время первых ранних оттепелей. Это зимующие бабочки. Они не вылупляются, а зимуют, впадая в спячку поздней осенью под корой или в норах, и, как только солнце пригреет, начинают вылетать. Это может произойти даже в марте. Можно увидеть такую картину: в лесу на снегу сидит бабочка».

Когда в Казахстан приезжают его коллеги-учёные из Европы для участия в совместных экспедициях, они говорят: «Какая у вас ещё наполненная природа! Но мы видим, что вы этого не понимаете, и вам кажется, что она бесконечна. Мы тоже так когда-то думали, осушили все свои болота», — привёл их слова наш соотечественник.

Однажды в Баянауле павлодарский энтомолог с товарищами по научному цеху впервые для Казахстана нашли очень редкий вид, который питается ольхой, — ледниковый реликт. Как только они её увидели, сразу поняли, что это очень интересная находка. Её надо охранять вместе с ольхой, считает он. Известен учёным и очаг непарного шелкопряда в Баянауле.

В эту экспедицию в лес села Каратогай Сергей Титов взял с собой сачок для так называнемого кошения насекомых (ловли их, размахивая сачком, как косой, когда ей косят траву) и поймал несколько интересных особей, а также жука чернотелку. Насекомых именно на траве оказалось мало. Но были, как сказал Сергей, «мухи прикольные» — пестрянки с пятнями на крылышках. Попался и паук-бокоход, или паук-краб. Во врея этой охоты на насекомых учёного и другх участников экспедиции окружали холмики нор, котоые наделала слепышонка – небольшой зверёк семейства хомяковых.

О ландшафтах рассуждает географ Светлана Могилюк (вторая слева) IMG_1303

Сам ландшафт в этом месте представляет собой высокие песчаные дюны, на которых теперь произрастают сосны. По мнению члена Дома географии кандидата географических наук Светланы Могилюк из Павлодара, дюны, на которых живёт лес, — это, скорее всего, остатки пойменных отложений. А ещё, возможно, это результат ветровой эрозии. Растущие на этих дюнах-холмах сосны интересны своими формами.

«Вот дерево растёт одно. Видите, какое оно пышное? Нижних веток у него больше. А вот деревья растут плотной кучкой: веток внизу у них меньше, потому что они друг другу мешают. У них идёт конкуренция, и они тянутся скорей-скорей вверх, — рассказала о них Светлана Владимировна. — Есть картины, на которых изображены корабельные сосны, высокие, у них ветки только наверху, потому что в конкуренции за светом они тянутся быстрее вверх, и нижних меньше – они зачастую отмирают быстрее, отламываются, потому что им меньше достаётся солнечной энергии, и образуется крона с лысой нижней частью ствола».

Растёт в сосновом лесу у Каратогая много более низких, но коренастых и разлапистых деревьев. Эколог, член ПавГео Марина Поух говорит, что у некоторых сосен обламываются ветки под своей же тяжестью.

«Если они не настолько крепки и плотны, как у других деревьев, обламываются они под снегом, когда его много. Если наваливается большое количество, они не выдерживают», — отметила эколог.


Александр Вервекин, директор ПавГео.
Фото Олега Красильникова, члена ПавГео.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники